Отказ от льготы по ндс ст 149 нк рф

Обновлено: 03.12.2022

Что такое льгота по НДС: конец ли спорам?

Действие второе – промежуточные итоги.

В связи с этим действие п. 6 ст. 88 НК РФ распространяется на те из перечисленных в ст. 149 НК РФ основания освобождения от налогообложения, которые по своему характеру отвечают понятию налоговой льготы. Так, например, пп. 5 п. 2 названной статьи устанавливается налоговая льгота в отношении столовых образовательных и медицинских организаций, пп. 1 п. 3 – в отношении религиозных организаций, пп. 2 п. 3 – в отношении общественных организаций инвалидов, пп. 14 п. 3 – в отношении коллегий адвокатов, адвокатских бюро и адвокатских палат.

Иными словами, если ст. 149 НК РФ освобождается какая либо операция от обложения НДС одинаково для всех совершающих ее лиц, то подобное освобождение не является льготой по НДС. И это важный аспект. Самым очевидным примером такой нельготы считается освобождение от обложения НДС процентов по займам в денежной форме и с ценными бумагами (пп. 15 п. 3 ст. 149 НК РФ). Важным в названном постановлении было также косвенное указание на то, что сам по себе факт отражения в разд. 7 налоговой декларации по НДС каких то операций, не облагаемых НДС по иным основаниям, чем ст. 149 НК РФ, например не признаваемых объектом налогообложения в соответствии с п. 2 ст. 146 НК РФ, не дает права налоговым органам требовать у налогоплательщиков документы, подтверждающие обоснованность необложения в установленном для подтверждения льгот порядке.

Тут уместно напомнить, что в разд. 7 налоговой декларации должны показываться не все не облагаемые НДС доходы (что еще иногда требуют налоговые инспекторы), например суммы, поступившие в погашение долговых ценных бумаг – векселей и облигаций, а лишь доходы, полученные от тех операций, которые прямо названы в заглавии данного раздела.

И разумеется, вопрос о рамках полномочий налоговых органов запрашивать у налогоплательщика документы, подтверждающие льготы, не ограничивается только НДС – из налогов, которых он, безусловно, касается, можно назвать как минимум еще и налог на имущество.

Действие третье – завуалированное несогласие.

Тем не менее на практике и после выхода постановления Пленума ВАС налоговые инспекторы продолжали запрашивать у налогоплательщиков документы, подтверждающие право на освобождение от обложения НДС, предусмотренные ст. 149 НК РФ. При этом они, как правило, ссылались на акты Конституционного Суда, в которых говорилось, что по сути все нормы ст. 149 можно рассматривать как льготу (перечень таких актов см. в п. 3 Определения от 07.11.2008 № 1049 О-О, из последующих актов см. п. 2.1 Определения от 04.06.2013 № 966 О).

В качестве дополнительного основания для такого подхода налоговые инспекторы называли, в частности, Письмо Минфина России от 17.09.2014 № 03 07 15/46516, доведенное налоговым органам для использования в работе Письмом ФНС России от 30.10.2014 № ГД-4-3/22471@. В нем указывалось, что причинами для истребования налоговыми органами документов, подтверждающих правомерность освобождения от обложения НДС, в порядке ст. 93 НК РФ являются п. 6 ст. 88 НК РФ и одно из определений КС РФ с приведенной выше позицией. С учетом объединения названных двух оснований и того, что это делалось уже после выхода Постановления Пленума ВАС РФ № 33, данное письмо предсказуемо воспринималось налоговыми инспекторами как подсказка, что для целей истребования документов, подтверждающих льготы по НДС, надо руководствоваться широким пониманием всей ст. 149 НК РФ как льготы, содержащимся в актах Конституционного Суда, а не узким пониманием лишь некоторых ее положений, предоставляющих льготы, изложенным Пленумом ВАС.

Но дело в том, что Конституционный Суд характеризовал всю ст. 149 НК РФ как предоставляющую льготы отнюдь не в связи с вопросом о полномочиях налоговых органов истребовать документы, подтверждающие льготы, а исключительно для обоснования наличия у законодателя полного права по своему усмотрению освобождать или не освобождать от обложения НДС отдельные операции или группы налогоплательщиков. В таком контексте широкий общеэкономический подход к пониманию налоговой льготы как любого облегчения налогового бремени, не стесненный рамками определения ее в п. 1 ст. 56 НК РФ, вполне оправдан, и он применяется Конституционным Судом не только в отношении НДС (см., например, определения от 16.01.2009 № 81 О-О, от 19.07.2016 № 1458 О). Но применять это понимание к проблеме рассматриваемых полномочий налоговых органов нет никаких оснований и неправомерно.

При этом в общем плане Минфин:

  • во первых, проводит различие между понятием льготы в формально-юридическом и экономическом смысле (см. соответственно письма от 03.09.2015 № 03 05 05 01/50668 и от 14.11.2016 № 03 03 06/1/66656);
  • во вторых, давая общее указание налоговым органам руководствоваться правовыми позициями высших судебных инстанций, не называет в их числе Конституционный Суд (Письмо от 07.11.2013 № 03 01 13/01/47571, направленное налоговым органам для использования в работе Письмом ФНС России от 26.11.2013 № ГД-4-3/21097).

Обусловлено это тем, что он не формирует правовые позиции по конкретным спорам, на которые будут ориентироваться суды при рассмотрении споров с аналогичными обстоятельствами.

Суды, состоявшиеся после выхода постановления Пленума ВАС (как, впрочем, чаще всего и до него), конечно, отказывали налоговым органам в праве истребовать у налогоплательщиков на основании п. 6 ст. 88 НК РФ документы, подтверждающие правомерность освобождения от обложения НДС операций по реализации металлолома и предоставлению займов в денежной форме (Постановление АС УО от 11.06.2015 № Ф09-3549/15 по делу № А50-17161/2014). При этом нельзя сказать, что логика налоговой инспекции была так уж безосновательна: ведь следовало убедиться, что заем был предоставлен именно деньгами или ценными бумагами, а не вещами, что допускает п. 1 ст. 807 ГК РФ; что металлолом образовался именно в ходе деятельности организации, в связи с чем для освобождения его реализации от обложения НДС ей не нужно иметь лицензию. Но закон (ст. 56 НК РФ, связывающая понятие льготы с предоставлением ее определенной группе лиц, а не виду деятельности) есть закон!

Налоговые органы тоже, бывало, использовали в спорах с налогоплательщиками понятие льготы в духе Постановления Пленума ВАС РФ № 33, но только когда это давало аргументы против налогоплательщиков (Постановление АС СЗО от 30.03.2016 по делу № А56-32358/2015, в передаче которого в Коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано Определением ВС РФ от 13.07.2016 № 307 КГ16-7899). При этом освобождение от обложения НДС работ, выполненных на объекте культурного наследия (пп. 25 п. 2 ст. 149 НК РФ), не было признано судом льготой, в том числе по причине невозможности для налогоплательщика отказаться от такого освобождения (то, что суд указал неверную причину того (не п. 5 ст. 149 НК РФ, а отсутствие объекта налогообложения), в рассматриваемом контексте значения не имеет).

Действие четвертое – точки над I?

С 02.06.2016 расширились полномочия налоговых органов по проведению контрольных мероприятий в связи с применением налогоплательщиками льгот: наряду с истребованием подтверждающих документов стало возможным истребовать и пояснения (п. 6 ст. 88 НК РФ в редакции Федерального закона от 01.05.2016 № 130 ФЗ).

Таким образом, налоговым органам предписано при определении операций по ст. 149 НК РФ, по которым можно истребовать у налогоплательщиков документы, подтверждающие льготы, руководствоваться не широким пониманием льготы, представленным в актах Конституционного Суда, а ее трактовкой, содержащейся в Постановлении Пленума ВАС РФ № 33.

И это позволяет надеяться на сокращение потока требований о представлении документов и пояснений по всем операциям, указанным в ст. 149 НК РФ.

Правда, к сожалению, не осуществились первоначальные надежды налогоплательщиков на то, что со временем налоговые органы будут истребовать только пояснения и если они их удовлетворят, то документы уже будут не нужны. В указанном письме ФНС отметил, что документы следует истребовать всегда – разный объем в различных ситуациях (в том и состоит рискориентированный подход).

На этом историю с налоговыми льготами по НДС, по видимому, можно считать законченной. Правда, не вполне очевидными, как представляется, остаются критерии выделения группы лиц, которой предоставляется преимущество: то ли это только группа, прямо названная в соответствующей норме НК РФ, то ли еще и выделяемая на основе условий освобождения конкретной операции от обложения НДС группа. При втором подходе можно бы считать, например, что освобождение реализации металлолома без наличия лицензии (пп. 25 п. 2 ст. 149 НК РФ) – это преимущество, предоставляемое той группе налогоплательщиков, у которой он образуется в ходе собственной деятельности, перед реализующими тот же металлолом специализированными организациями по его заготовке и реализации, которым для освобождения от обложения НДС нужно иметь лицензию (п. 6 ст. 149 НК РФ).

То же самое касается любых освобождений, предоставляемых ст. 149 НК РФ только:

Поэтому мы не стали бы полностью исключать вероятность переноса спора в плоскость определения критериев группы налогоплательщиков, которой предоставляется преимущество.

И еще один аспект, связанный с пояснениями по льготам, необходимо отметить, но уже не с запросом пояснений со стороны налоговых органов, а с предоставлением их налогоплательщиками.

Согласно последнему абзацу п. 3 ст. 88 НК РФ налогоплательщики, обязанные представлять декларацию по НДС в электронной форме, и пояснения, предусмотренные настоящим пунктом, представляют их в электронной форме. При представлении указанных пояснений на бумажном носителе они не считаются представленными.

  • если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа (к указанным ошибкам относится несоблюдение контрольных соотношений внутри декларации по НДС, к несоответствиям – разрывы между вычетами по НДС у покупателей и начислениями НДС у продавца, приводящие к автозапросам на представление пояснений);
  • при проведении камеральной налоговой проверки на основе уточненной налоговой декларации (расчета) на уменьшение суммы налога или суммы с убытком.

Акцентировать внимание на этом необходимо, поскольку нам приходилось слышать от работников налоговых органов, что и пояснения по льготам тоже надо представлять в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи. А ведь запрос пояснений по льготам предусмотрен не п. 3, а п. 6 ст. 88 НК РФ, следовательно, на данные пояснения требования п. 3 ст. 88 НК РФ не распространяются.


В связи с этим действие п. 6 ст. 88 НК РФ распространяется на те из перечисленных в ст. 149 НК РФ оснований освобождения от налогообложения, которые по своему характеру отвечают понятию налоговой льготы.

Например, в п.п. 5 п. 2 ст. 149 НК РФ установлена налоговая льгота для столовых образовательных и медицинских организаций, в п.п. 1 п. 3 ст. 149 — для религиозных организаций, в п.п. 2 п. 3 ст. 149 — для общественных организаций инвалидов, в п.п. 14 п. 3 ст. 149 НК РФ — для коллегий адвокатов, адвокатских бюро и адвокатских палат.

Иными словами, если в соответствии со ст.149 НК РФ какая-либо операция освобождается от обложения НДС одинаково для всех совершающих ее лиц, то такое освобождение не является льготой, и это очень важный момент. Самым очевидным примером изложенного можно назвать освобождение от обложения НДС процентов по займам в денежной форме и ценными бумагами (п.п. 15 п. 3 ст. 149 НК РФ).

Напомним, что в разделе 7 декларации по НДС должны показываться не все не облагаемые НДС доходы, например, суммы, поступившие в погашение долговых ценных бумаг (векселей и облигаций), а лишь доходы от тех операций, которые названы в наименовании данного раздела.

Позиция налоговых органов

Вместе с тем на практике и после принятия Пленумом ВАС РФ Постановления № 33 налоговые органы продолжали запрашивать у налогоплательщиков документы, подтверждающие право на освобождения от обложения НДС, предусмотренные ст. 149 НК РФ, но не являющиеся льготой. При этом налоговые органы, как правило, ссылались на акты Конституционного суда РФ, в которых отмечалось, что в сущности все содержание ст.149 НК РФ может рассматриваться как льгота (перечень таких актов см. в п. 3 Определения КС РФ от 7.11.08 г. № 1049-О-О, п. 2.1 Определения КС РФ от 4.06.13 г. № 966-О).

во-первых, различает понятие льготы в формально-юридическом и экономическом смысле (письма от 3.09.15 г. № 03-05-05-01/50668 и от 14.11.16 г. № 03-03-06/1/66656 соответственно); во-вторых, давая общее указание налоговым органам руководствоваться правовыми позициями высших судебных инстанций, не назвал в их числе Конституционный суд РФ (письмо от 7.11.13 г. № 03-01-13/01/47571); обусловлено это тем, что КС РФ не определяет правовые позиции по конкретным спорам, на которые будут ориентироваться суды при рассмотрении споров с аналогичными обстоятельствами.

Суды, состоявшиеся после принятия Постановления № 33 (впрочем, нередко и до него), отказывали налоговым органам в праве на основании п. 6 ст. 88 НК РФ истребовать у налогоплательщиков документы, подтверждающие правомерность освобождения от обложения НДС, например операций по реализации металлолома и предоставлению займов в денежной форме (постановление АС Уральского округа от 11.06.15 г. № Ф09-3549/15). При этом нельзя сказать, что позиция налоговых органов была однозначно безосновательной: ведь следовало убедиться, что заем был предоставлен именно деньгами или ценными бумагами, а не вещами, что допускается согласно п. 1 ст. 807 ГК РФ; что металлолом образовался именно в ходе деятельности организации, в связи с чем для освобождения реализации металлолома от НДС ей не нужно иметь лицензию. Однако закон (ст. 56 НК РФ, в которой понятие льготы увязано с предоставлением ее определенной группе лиц, а не с осуществлением определенной деятельности) есть закон!

Имели место случаи, когда в спорах с налогоплательщиками налоговые органы также использовали понятие льготы в соответствии с Постановлением № 33, но только когда это служило аргументом против налогоплательщиков (постановление АС Северо-Западного округа от 30.03.16 г. № А56-32358/2015, в передаче которого в Коллегию по экономическим спорам Верховного суда РФ отказано определением ВС РФ от 13.07.16 г. № 307-КГ16-7899). При этом освобождение от обложения НДС работ, выполненных на объекте культурного наследия (п.п. 25 п. 2 ст. 149 НК РФ), не было признано судом льготой, в том числе из-за невозможности для налогоплательщика отказаться от такого освобождения.

Конец спорам?

Со 2 июня 2016 г. расширились полномочия налоговых органов в отношении проведения контрольных мероприятий, связанных с применением налогоплательщиками налоговых льгот: наряду с истребованием документов, подтверждающих правомерность использования льготы, стало возможным истребовать и пояснения (п. 6 ст. 88 НК РФ в ред. Федерального закона от 1.05.16 г. № 130-ФЗ). Это еще больше обострило вопрос о том, на какие операции распространяются указанные полномочия, т. е. что следует считать льготой.

Предвестником уточнения позиции налоговых органов было письмо ФНС России от 22.12.16 г. № ЕД-4-15/24737, в котором в качестве ответа на вопрос об истребовании документов по операциям, не являющимся объектом налогообложения или освобождаемым от налогообложения, при проведении камеральной проверки декларации по НДС цитировался п.14 Постановления № 33.

Поэтому вероятность переноса спора на вопрос о критериях определения группы налогоплательщиков, которым предоставляется преимущество, вполне допустима.

Необходимо отметить еще один момент, связанный с предоставлением пояснений налогоплательщиками. Согласно последнему абзацу п. 3 ст. 88 НК РФ налогоплательщики, обязанные представлять декларацию по НДС в электронной форме, также представляют и пояснения, предусмотренные настоящим пунктом, в электронной форме. В случае представления указанных пояснений на бумажном носителе они не считаются представленными.

  • если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа (к указанным ошибкам относится несоблюдение контрольных соотношений внутри декларации по НДС, к несоответствиям — разрывы между вычетами по НДС у покупателей и начислениями НДС у продавца, приводящие к автозапросам на представление пояснений); при проведении камеральной налоговой проверки на основе уточненной налоговой декларации (расчета) с уменьшенной суммой налога или с убытком.

АКЦИЯ ПРОДЛЕНА

Альмин Рабинович, Руководитель Управления бухгалтерского и налогового консалтинга ООО "ФинЭкспертиза", к.и.н.. Практика аудита, главный методолог, Группа компаний Energy Consulting.

Читайте также: