Отказ от налогового резидентства в россии

Обновлено: 03.12.2022

Арифметика последствий ужесточения политики налогового резидентства

В июне 2019 года министр финансов Антон Силуанов объявил, что Минфин прорабатывает вопрос изменения критериев признания физических лиц налоговыми резидентами РФ. Эта инициатива может увеличить количество зарубежных юридических лиц, которые будут признаны контролируемыми иностранными компаниями (КИК), что впоследствии может привести к увеличению фискальной нагрузки как на само физлицо, так и на его корпоративную структуру.

В 2015 году ФНС России уже пыталась изменить критерии налогового резидентства граждан. Тогда инициатива не получила развития. В связи с глобальным трендом на деофшоризацию в ближайшее время могут быть введены более строгие критерии по определению налогового резидентства и последующего его налогообложения.

Сегодня физическому лицу достаточно находиться за пределами РФ более 183 дней в году в течение 12 следующих подряд месяцев, чтобы не быть налоговым резидентом РФ (согласно п. 2 ст. 207 НК РФ) и не отчитываться о своих контролируемых иностранных компаниях (КИК), указанных в ст. 25.13 НК РФ. Таким образом, некоторые налогоплательщики минимизируют свои обязательства по КИК перед Федеральной налоговой службой (ФНС).

Очевидно, что семья как центр жизненных интересов физлица может легко поменять территорию пребывания. Например, в зависимости от комфорта проживания и налогообложения в стране. А вот основной источник доходов чаще всего не обладает такой мобильностью. С точки зрения наиболее эффективного налогообложения фундаментальным фактором становится именно страна происхождения доходов – место, где осуществляется основная предпринимательская деятельность. Поэтому юрисдикция этого центра интересов может стать одним из ключевых критериев при определении налогового резидентства бенефициара.

Предположим, что физическое лицо – фактический получатель дохода (ФПД) – является налоговым резидентом Кипра и проживает там более 183 дней в году. Сейчас он создает кипрскую компанию с реальным экономическим присутствием, которая владеет в России прибыльным дочерним обществом. При этом управление российской компанией и контроль за ней осуществляются строго через кипрскую компанию с соблюдением корпоративной иерархии, положений и преференций СОИДН. Тем не менее специфика этого бизнеса требует личного присутствия в России от трех до пяти месяцев в году. По действующему законодательству указанное физическое лицо не признается налоговым резидентом РФ и, следовательно:

  • не обязано декларировать КИК и отчитываться по ней в РФ;
  • может распределять дивиденды из России, применяя ставку 5% вместо 13%;
  • для него практически отсутствуют опции нарушения валютного законодательства.

Так, по обозначенным операциям риски признания резидентом РФ и инкриминирования необоснованной налоговой выгоды минимальны при условии, что соблюдены все требования текущего законодательства.

Однако в случае вступления в силу новых критериев в рассматриваемом примере у владельца бизнеса возникает риск признания его налоговым резидентом РФ. При реализации такого риска его зарубежная компания соответствует пп. 2 п. 1 ст. 25.13 НК РФ и управляется резидентом РФ, а ему следует применить ставку налогообложения 13% в отношении распределения дивидендов (вместо 5% в рамках СОИДН), задекларировать КИК и проверить все зарубежные транзакции на предмет соответствия валютному законодательству РФ.

Дополнительно к возросшей фискальной нагрузке в случае правонарушений возникнут штрафные санкции и риски доначисления:

  • от 20 до 40% от полученной необоснованной налоговой выгоды (согласно ст. 122 НК РФ);
  • от 75 до 100% от суммы транзакций за валютные правонарушения (согласно ст. 15.25 КоАП РФ);
  • если у КИК были сделки с российскими организациями, возникнет риск доначисления НДС.

Теперь рассмотрим эту историю в цифрах. Например, сейчас российская дочерняя компания при перечислении 100 млн руб. дивидендов в пользу материнской компании на Кипр, владелец которой бывает в России около 100 дней в году, заплатит налог в размере 5 млн руб. А в случае принятия новых правил налоговые издержки по такой операции составят 13 млн руб. Кроме того, собственнику необходимо будет отчитываться обо всех зарубежных компаниях (КИК) и транзакциях перед ФНС России. Также возможен штраф до 100% от суммы операций, совершенных не через уполномоченный банк при дальнейшем движении денежных средств из Кипра в другую страну, и другие вариации фискальных последствий, это зависит от конкретных обстоятельств.

В итоге даже прозрачная на сегодняшний день структура и модель ведения бизнеса нерезидентом на территории России после нововведений становится рискованной и противоправной.

Таким образом, небольшие изменения критериев признания физического лица налоговым резидентом могут в несколько раз увеличить фискальную нагрузку на всю корпоративную структуру с иностранным элементом, а не только на персональный доход этого лица.

В целом данная норма четко разделит владельцев российских активов на отечественных и иностранных бенефициаров, которые очень редко бывают в России.

Если бизнес требует регулярного личного присутствия бенефициара на территории РФ и он не планирует инвестировать за рубеж, то будет целесообразным признать себя резидентом РФ и соблюдать требования российского законодательства в полной мере, а также распределять дивиденды по полной ставке НК РФ и тем самым минимизировать риски фискальных санкций. Если же фактический получатель дохода преследует цель выхода на международный рынок с проживанием за пределами РФ, а российский бизнес способен эффективно существовать и не нуждается в его постоянном присутствии, то полный переезд в другую комфортную юрисдикцию становится эффективным и низкорискованным решением с точки зрения налогообложения.

Владельцам бизнеса для исключения фискальной или даже уголовной ответственности за свои действия, совершенные чаще всего по неосторожности, необходимо своевременно понять персональные цели и цели компании в долгосрочной перспективе и реорганизовывать корпоративную структуру в соответствии с ними.

Читайте также: